Click to order
Вы выбрали:
Total: 
Имя и фамилия
Эл. почта
Номер телефона
Предпочтительное время или комментарии
Нажав на кнопку, вы перейдете на сервис оплаты
курс про абьюз и роды
Беременность у женщин с опытом абьюза
На этой неделе мы переходим от "гомеопатических" доз к более глубокому погружению в курс. Пожалуйста, наблюдайте, насколько для вас такой темп комфортен.
Делайте паузы, если нужно.
6 видео
Вы можете смотреть видео в любом порядке или сразу перейти к конспекту недели.

Конспект
Ниже собраны текстовые материалы недели 2 со ссылками на источники.
Беременность и насилие: общие факты
Согласно департаменту здоровья штата Вашингтон (2010):
  • 10% женщин сообщали о физическом, психологическом или сексуальном насилии от партнера во время беременности.
  • Около 22% подростков (в возрасте 15-19 лет) сообщают об опыте физического, психологического или сексуального насилия во время беременности
Самое большое исследование раннего абьюза в Канаде "Report of the Committee on Sexual Offenses against Children and Youths" (1984) обнаружило, что 53% женщин и 31% мужчин имели опыт сексуального насилия в детстве.

Считается, что период беременности может стать мощным триггером для возвращения воспоминаний и флэшбеков из-за множества психологических и физиологических аспектов аспектов.

В целом, флэшбеки характерны для ситуаций, где женщина с опытом сексуализированного насилия чувствует сильную тревогу. Флэшбеки возвращаются в виде графичных картинок и телесных ощущений, которые сопровождали травмирующую ситуацию. Часто возникает ощущение, словно все пережитое происходит здесь и сейчас.

Также в ситуациях сильной тревоги может возникать состояние диссоциации: переживание полной оторванности и отсутствия связи с собой и тем, что происходит вокруг. Диссоциация помогает пройти через трудный опыт и забыть о произошедшем. Но воспоминания остаются в теле.
Беременность: тело и опыт насилия
Во время беременности тело большинства женщин становится более чувствительным и наполненным новыми сенсорными ощущениями: потягивания внизу живота, изменение выделений, первые шевеления ребенка, прострелы при растяжении круглых маточных связок, тошнота и рвота, головные боли, молочница, изжога, гипер-сензитивность груди и сосков, изменение цвета кожи. Все это происходит вследствие бесчисленного изменения во всех органах, что влияет не только на состояние тела, но и психики.

Исследования показывают, что у женщин, переживших сексуальное насилие, больше проблем со здоровьем, больше трудностей в отношениях с партнером и выше уровень фоновой тревоги и страха, по сравнению с женщинами, у которых нет опыта сексуального насилия.

Сексуальное насилие часто происходит и на телесном уровне (хотя не всегда). И многие жертвы сексуального насилия стыдятся своего тела: за то, что оно было таким, каким было (слишком маленьким или большим, привлекательным, податливым, ответившим на прикосновения, уязвимым, испытывающим возбуждение и наслаждение).

Они обвиняют себя за то, что переживали эти телесные ощущения.

Для большинства переживших ранний абьюз характерно постоянное состояние "на страже" - напряжение, внимание, включенность, когда полное расслабление невозможно ни в какой ситуации. Тело для них обуза и помеха "нормальной" жизни. Тело как предатель и опасность, на него нельзя рассчитывать, его надо контролировать. В повседневной жизни это может проявляться в невнимании к своим телесным потребностям, когда трудно осознать и вовремя уловить нюансы состояний.
Как проявляется в поведении состяние "всегда на страже"
Например, так:

  • Женщина откладывает поход в туалет и удерживает мочеиспускание, пока не доделает важное дело
  • Женщина не сразу замечает признаки простуды (продолжает вести себя как ни в чем не бывало, пока не "свалится")
  • Женщина лишает себя отдыха и работает на износ, не замечая моментов, когда стоит остановиться
  • Женщина яростно занимается спортом до изнеможения
  • Женщина не чувствует голода и/или насыщения, ест "потому что надо", строго соблюдает диету или "метет" все без разбора

Непонятные и непонятые пациентки
Довольно часто классическая медицина не может объяснить, что происходит с пациенткой: для ее симптомов не находится подходящего диагноза, а обычное лечение не дает продолжительного эффекта.

Важно! Это не означает, что женщина не испытывает физической боли или телесных повреждений вследствие болезни, просто эти состояния могут иметь сложную психосоматическую природу и не поддаваться лечению только лекарствами/процедурами.

Травма, причиненная сексуальным насилием, влияет влияет на работу нервной, гормональной и иммунной систем. Исследования показывают, что люди, пережившие опыт сексуализированного насилия, чаще сообщают о соматических проблемах со здоровьем и жалуются на боли различной природы, по сравнению с теми, кто не имел такого опыта.

Автономная нервная система женщин, переживавших сексуализированное насилие, годами может находиться в состоянии хронической стимуляции стрессового ответа, когда выделяются катехоламины и кортизол, что может иметь отсроченное воздействие на здоровье.

У людей, переживших опыт сексуализированного насилия, чаще встречаются хронические заболевания. Иногда психосоматические проблемы возникают в той части тела, которая была активно задействована в период насилия. Это происходит иногда спустя годы после опыта насилия.
Частые жалобы на здоровье
Частые жалобы:

  • Проблемы с ЖКТ (язва желудка, расстройства аппетита)
  • Респираторные заболевания (астма, бронхит, эмфизема)
  • Сердечные заболевания
  • Высокое давление
  • Артрит
  • Диабет
  • Гинекологические проблемы (отсутствие менструаций или очень сильные выделения во время цикла, боли внизу живота, частые воспаления, частые воспаления мочевого пузыря, болезненное мочеиспускание, вагинизм)
  • Бессонница и другие виды расстройств сна
  • Хроническая усталость
  • Хронические боли в челюсти (у тех, кого принуждали к оральному сексу)
  • Трудности сексуальной жизни (боль, дисфункции работы половых органов)
  • Головокружения, которые мешают привычному образу жизни
  • Головные боли (боли напряжения, мигрени)
  • Обмороки
  • Мышечные боли
В исследовании Golding среди женщин, страдающих тяжелым ПМС и обратившихся за помощью в Лос-Анджелесе, 95% сообщили, что минимум однажды испытали угрозу или опыт секуального насилия. Более того, 81% среди этих женщин были изнасилованы.
Отношения, беременность и опыт насилия
Опыт насилия влияет и на то, какие отношения ищет женщина. Иногда кажется, что она снова и снова неосознанно ищет ситуации, где повторится травматичная ситуация, но не будет насилия и будет безопасно (здесь работа по ссылке 16). Исследования показывают, что люди, пережившие изнасилование, чаще встречаются с насилием в отношениях с партнером, по сравнению с теми, у кого нет опыта изнасилования. (Здесь, конечно, большой вопрос - как влияли другие, не индивидуально-психологические факторы вроде окружения и социальной среды, норм и культуры. А то может получиться, как в исследовании "секретов успешных предпринимателей", где главным фактором оказалась принадлежность к белым и богатым).

В некоторых исследованиях получается, что девочки, пережившие ранний абьюз, в три раза чаще беременеют до 18 лет, по сравнению с девочками без такого опыта. Сообщается, что до 60% беременных подростков были жертвами сексуальных домогательств, изнасилования или попытки изнасилования в прошлом. В 11-20% случаев беременность наступает как последствие насилия. Более 96% несовершеннолетних девочек, которые сбежали из дома и занимаются проституцией - жертвы раннего абьюза.

Девочки-подростки с опытом физического или сексуализированного насилия беременеют в два раза чаще своих сверстниц без такого опыта. Если девочка в встречается сразу с двумя видами насилия, риск ранней беременности возрастает в 4 раза, по сравнению со сверстницами без такого опыта.
Надежда
Несмотря на то, что опыт сексуализированного насилия в целом и раннего абьюза в частности, оставляет неизгладимый след в истории женщины, исцеление и значительное улучшение качества жизни возможно. И именно период беременности может стать не только мощным триггером для распаковки травматичных воспоминаний, но и для переработки и интеграции этого опыта.

Для некоторых женщин сам факт, что их тело способно дать жизнь и вырастить человека, становится поворотной точкой в отношениях с собой. Плюс, внимание и забота о себе легитимизируются через заботу о будущем ребенке, что дает женщине возможность попробовать новые стратегии обращения с собой. Создание профессиональных доверительных отношений с врачами и опыт родов, где было достаточно сил, чтобы встретиться с болезненными воспоминаниями и оставить их в прошлом, не травмируясь повторно, может стать моментом триумфа и обретения глубокой веры в собственную силу, дать ощущение целостности и стать опорой в дальнейшем.

Работа с травмой помогает женщинам более расслабленно и спокойно прожить 9 месяцев беременности и подготовиться к родам.

В конце концов, эта малышка выжила в травме, когда она случилась, она сможет выжить и будучи взрослой женщиной: абьюз больше не происходит и приходит время пробуждения.

"Я была удивлена, что после того, как нашла для себя подходящую поддержку, мои беременность и роды кардинально изменились. В итоге, я почувствовала себя сильной и просто супер-женщиной. Наблюдение за тем, как мое тело делает невероятные штуки - вроде создания и поддержания человеческой жизни - дало мне много положительных ассоциаций с телом и помогло чувствовать, что мое тело может приносить не только боль, но и радость."

Бритни де ла Кретаз для Washington Post
Триггеры во время беременности. Процедуры.
Для женщин, переживших опыт сексуализированного насилия, многие стандартные процедуры, которыми сопровождается беременность (и роды) могут стать триггером для воспоминаний. Особенно все, что касается прикосновение и внедрения в тело в области вагины, но также живота, спины, груди, промежности.

Внутренние гинекологические осмотры и/или узи, взятие мазка, использование кресла с подножками, даже плановый визит к стоматологу может стать проблемой. Для некоторых женщин сдача крови для анализов тоже становится испытанием.

Обычно тревога женщины снижается, когда она общается с медиком, который замечает ее переживания, признает их ценность для женщины и готов к диалогу.
Триггеры и процедуры: практические решения
Иногда есть возможность обсудить варианты:
  • Как за один забор крови закрыть максимальное количество необходимых тестов и таким образом снизить число манипуляций
  • Можно ли отложить анализы/осмотры на потом, когда рядом будет поддержка
  • Что именно необходимо узнать, благодаря этой процедуре, почему она необходима именно сейчас
  • Есть ли альтернативные способы мониторинга состояния здоровья женщины и ребенка
  • Можно ли договориться, что процедура будет приостановлена в люой момент по просьбе женщины
  • Можно ли проводить процедуру в спокойной, тихой обстановке/где играет музыка
  • Можно ли удостовериться, что в помещении, где проводится процедура, закрыта дверь и нарушение приватности/внезапное появление незнакомых лиц исключено или сведено к минимуму
  • Может ли женщина (при желании) увидеть инструменты, сама ввести аппарат для вагинального ультразвука/держать его в течение процедуры
  • Может ли женщина для этой процедуры выбрать медика определенного пола
Почему "бережный подход" не всегда работает
Иногда, несмотря на все предосторожности, женщины переживают возвращение в травматичный опыт во время процедуры. Но само по себе это не становится трудностью. Женщины в канадском исследовании сообщают, что основную роль в ре-травматизации в этом случае играет то, как проводится процедура.

Иногда возвращение в травматичный опыт связано не с тем, как ведет себя медик, а с тем, что так или иначе происходит вторжение в телесные границы женщины и ее чувство агентности, контроля в этой ситуации, может меняться в силу субъективных факторов.

Стоит отметить, что не для всех женщин, переживших опыт сексуализированного насилия, внутренние осмотры становятся проблемой. Многим помогали справляться доверительные отношения с медиком, основанные на сотрудничестве, и возможность сохранять за собой контроль над ситуацией при проведении обследования.

Не столько сами по себе процедуры были трудными, сколько контекст ситуации, в которой обычно они проводятся. Уважение и передача контроля женщине - главный фундамент для заботы, учитывающей опыт травмы.
Необычные триггеры во время процедур
NB!
Так как ранний детский абьюз чаще всего происходит в формате мягких уговоров и незаметного стирания границ между нежностью и секусальным взаимодействием, фактором ре-травматизации может быть не только жесткое, авторитарное обращение с женщиной, но и намеренно нежное, мягкое, но при этом точно так же из позиции "сверху".

Например: врач/акушерка может медленно и плавно начинать внутренний осмотр, вставляя сначала один палец, потому другой. И иногда именно такой мягкий подход точь-в-точь воссоздает ситуацию абьюза, который переживала женщина детстве.

Поэтому повторим еще раз: важнее всего не нежность или мягкость процедуры, а то, насколько все взаимодействие происходит в диалоге и с согласия женщины, насколько на остается главным хозяином своего тела.
Триггеры во время беременности. Отношения с врачом.
Почему женщины, пережившие сексуализированное насилие, могут так волноваться при взаимодействии с врачом?

Они привыкли не доверять тем, у кого власть. Предательство взрослых, которые должны были защищать и которым женщина доверяла - одна из главных тем у женщин, переживших опыт раннего абьюза.

Взаимодействие с медиками обычно предполагает, что пациент доверяет их знаниям и соглашается с рекомендациями (для этого есть специальное слово - комплаенс). Но женщинам с опытом насилия такое распределение власти в отношениях может напоминать ситуацию, где автор насилия решал, что и как делать с телом женщины. Авторитарный подход, настойчивые рекомендации без диалога и учета мнения женщины, а иногда и просто одна лишь встреча с медиком могут быстро вернуть женщину к переживаниям беспомощности, неравноправия, подчиненности и подавленности.

Некоторые женщины переступив порог медицинского кабинета буквально теряют голос и закрываются. Им трудно произнести вслух свои пожелания или задать вопросы. Они боятся встретить агрессию, раздражение, отказ.
Почему трудно "просто доверять" врачу?
Иногда женщины стараются найти баланс между тем, что чувствуют изнутри, и тем, как им кажется, "должно быть".

Например, женщина описывает свое взаимодействие с врачами: "хотя они вели себя вежливо и не кричали на меня, когда я написала отказ от госпитализации, я все равно не чувствую, что это был для меня позитивный опыт". При общении выясняется, что женщину запугивали смертью ребенка, но это интерпретируется как норма, потому что изначальные ожидания от общения с врачами связаны с применением насилия.

Если в детстве отношения доверия подверглись атаке со стороны взрослого, доверять другим лицам (врачам, акушеркам, доулам, ведущим курсы для беременных), которые имеют "авторитет" в сфере деторождения может быть сложно.

Если автор насилия был мужчиной, женщина может сознательно предпочитать медиков и помощниц-женщин, в надежде обезопасить себя во время беременности и родов. И наоброт.

В целом, тема не/доверия и безопасности отношений с кем-то, кто наделен властью и авторитетом, может быть особенно острой для женщин, переживших опыт раннего абьюза. Женщины с опытом насилия стараются в любой момент сохранять контроль вообще и над своим телом в частности. Отсутствие контроля или передача контроля другому человека автоматически включает режим "опасности" и воспринимается как потенциальная угроза.

И, хотя опыт работы с терапевтом и травма-терапевтом может помочь, часто именно на этапе беременности женщины сталкиваются с тем, что их терапевт слишком мало знает о родах и не может соотнести ее опыт с тем, что происходит в моменте.


Сложности в общении с врачом
При общении с врачом женщины, пережившие насилие, могут выглядеть как иррациональные, взбалмошные, напряженные, капризные или отсутствующие и покорные, как будто не включенные в процесс (в состоянии диссоциации). Обычно внимание медиков привлекают первые, а женщины в диссоциации часто приводятся в пример как "хорошие", "послушные", "правильные" пациентки.

Чтобы наладить диалог с женщиной, пережившей сексуализированное насилие, может потребоваться время и терпение. Иногда женщина быстро получает ярлык "трудной" пациентки и медики переходят одному из вариантов насилия в репродуктивном периоде (запугивание смертью ребенка/психиатрической экспертизой/опекой, оставления без медицинской помощи, принуждение).

В то же время, когда медик учитывает субъективный опыт женщины, готов не торопиться и передать контроль над происходящим самой женщине, параллельно не выключаясь из взаимодействия, сотрудничество может получиться весьма продуктивным.
Как выглядит сотрудничество врача и пациентки
В реальной ситуации. Например:

  1. Врач/акушерка могут отложить внутренний осмотр или вагинальное УЗИ до следующего визита, когда установятся более доверительные отношения

  2. Медик может разъяснить, что женщина имеет право на отказ от любой манипуляции и дальше рассказать, для чего нужна та или иная процедура и какие могут быть альтернативы

  3. Разрешить или даже рекомендовать женщине прийти на трудную процедуру с поддержкой

  4. Рассказать о том, что помогает другим женщинам, когда определенная процедура дается тяжело (дать контакты терапевтов, рассказать о практиках релаксации)

  5. Объяснить, почему для самого медика может быть важно, чтобы женщина подписала официальный отказ от процедуры, как это связано с его карьерой и общением с начальством и в коллективе

  6. Выделить больше времени для встречи, где предполагается трудная процедура, чтобы иметь возможность спокойно и без спешки провести манипуляции

  7. Быть готовым, что женщина будет чаще звонить и иметь больше жалоб, чем обычные пациентки. Здесь медик заранее может обговорить с женщиной, когда и в каком формате может происходить дополнительное общение.

Тело как триггер: "испорченное тело"
Некоторые исследователи отмечают, что женщины с опытом сексуализированого насилия легко воспринимают свое тело как дисфункциональное, сломанное, испорченное.

Для многих сама идея о беременности и родах звучит как невероятная: разве может "такое" тело выносить ребенка? Плюс, мысли о потере контроля над телом (его размерами, функционированием, ощущениями) может вызывать ужас.

Женщины с опытом насилия могут сильно переживать о возможной потере беременности. В случае потери может также возникнуть ре-травматизация и подтверждение "испорченности" тела.

Плюс, не стоит забывать, что женщины, пережившие сексуальные насилие, могут иметь вполне реальные физические травмы, которые могут влияет на опыт беременности.

Женщины с опытом раннего абьюза чаще жалуются на обычные состояния, сопровождающие беременность, у них выше риск преждевременных схваток, недостаточности шейки матки и преждевременных родов. Некоторые исследования женщин с опытом раннего абьюза демонстрируют более высокий риск осложнений беременности: кровотечения, некуротимая рвота, рентген в первом триместре, употребление психоактивных веществ, курение, прием лекарств, несчастные случаи, инфекционные заболевания, угроза выкидыша с госпитализацией и тяжелые заболевания.

У женщин с ПТСР во время беременности чаще встречаются выкидыши, эктопическая беременность и неукротимая рвота.

Тем не менее, систематический обзор исследований по теме раннего абьюза и родов не дал однозначного ответа о значимой связи осложнений в родах и опытом раннего абьюза. Также было обнаружено, что несмотря на акушерские факторы риска к началу родов, женщины с опытом раннего абьюза рожают при помощи кесарева сечения не чаще, чем остальные женщины.

Качественные исследования (раз, два) показывают, что женщины с опытом раннего абьюза, похоже, в большинстве случаев проживают нормальные роды без осложнений. Так что правила опыт абьюза = сложная беременность/роды нет и не всегда можно по течению беременности сказать, что у женщины есть опыт насилия.


Тело выходит из-под контроля
Физические изменения, которые происходят во время беременности, могут провоцировать неожиданные реакции у женщин с опытом сексуализированного насилия. Страх и тревога, что с ребенком или женщиной что-то не так, могут возникать в ответ на нормальные ощущения и перемены в теле. Например, ребенок икает - "у него судороги и эпилептический припадок в утробе", выделение молозива может вызывать отвращение и брезгливость.

Опыт раннего абьюза связан с более высоким риском расстройств пищевого поведения и особыми отношениями с едой/спортом (см. 2.1). Нормальный набор веса во время беременности может вызывать сильное беспокойство, особенно у женщин, которые не знают, что во время беременности увеличивается не только живот, но и запасается жировая ткань на животе, груди, бедрах, руках. В то же время для некоторых женщин беременность становится первым в жизни опытом, когда можно есть все, что хочется. Иногда этот опыт приводит к удивительному открытию, что тело прекрасно справляется и вне строгого контроля женщины.

Иногда женщины с опытом раннего абьюза стараются максимально не быть в теле. Они как будто не замечают беременности. И в этом случае возникает риск, что женщина пропустит важные телесные ощущения. Например, отсутствие шевелений ребенка, подъем давления или начало родов, особенно в случае преждевременных родов.

Не редки случаи, когда женщина не замечает беременности вплоть до начала схваток. Исследований о том, сколько из таких мам имеют опыт насилия, пока не встречалось. Однако можно предположить, что такое отсутствие контакта с телом может быть связано с довольно сильной диссоциацией. В России этот феномен изучает психолог Денис Автономов.
Тело снова принадлежит другим: общество, врачи, ребенок.
Для женщин с опытом сексуализированного насилия все, что связано с нарушением и изменением телесных границ - потенциально триггерная тема. Для женщин с опытом раннего абьюза, где телесные границы нарушались постепенно, даже в обычной жизни бывает трудно различить, какое взаимодействие с их телом - норма, а где нарушение границ.
Тело принадлежит обществу.
В ситуации беременности тело женщины в социуме приобретает иной статус, оно становится видимым, с ним взаимодействуют не так, как с телом не-матери. Тело беременной женщины становится публичным, все замечают ее материнство (и предположительно опыт сексуальной жизни). Как только живот становится заметен, границы прикосновения меняются. Беременных женщин (ролик раз и два) гладят по животу, к ним чаще прикасаются без спроса, их тело чаще обсуждают.

Для женщины, которая привыкла прятать свое тело, такие резкие изменения могут быть неожиданными и неприятными. Ей может быть трудно сразу определить, где включается ее травма в ответ на принятое в социуме взаимодействие, а где происходит нарушение границ.

Публичный контроль над телом женщины включается во время беременности: до сих пор в 21 веке существует множество предписаний, что есть и как обращаться с телом, чтобы "не навредить младенцу". Исследования показывают, что до сих пор таким аспектам здоровья женщины и ребенка уделяется в научных трудах несравнимо больше внимания, чем изучению других потенциальных повреждающих факторов (например, загрязнению окружающей среды или бедности).

Беременным предписывается в культуре следовать определенным ритуалам (тест на беременность, узи, осмотры врачей). Женщины, которые отказываются от УЗИ в 21 веке считаются странными, маргинальными, иногда ставится под сомнение их материнская компетентность (привет! Рф перинаталка).
Тело принадлежит медикам.
Медицинские манипуляции с телом во время беременности также не знакомы женщинам и бывает трудно разобраться сразу, происходит ли нарушение телесных границ или происходящее - вариант нормы, просто женщина не понимает, как все устроено в медицине и при общении с врачом. Например, когда и до какой степени надо обнажаться на консультации/в роддоме.

Сама необходимость раздеваться или демонстрировать интимные части тела перед незнакомым человеком может быть сильным фактором стресса.
Тело принадлежит ребенку.
Ограничение активности, ранний токсикоз и первые шевеления для женщин с опытом насилия могут быть знаками, что их тело в буквальном смысле захватил "чужой". Потеря контроля над собственным телом, запрет на определенные виды активности (секс, спорт, еда, перелеты) может только усугублять ощущение, что ребенок "отнял" тело у матери.

Женщины могут замечать, что их переживания не укладываются в предлагаемую культурой рамку радости от контакта с ребенком, что может усиливать чувство вины и ощущение материнской некомпетентности, отделенности от сообщества "хороших" матерей.
Триггеры во время беременности. Психологический аспект.
Беременность несет с собой множество перемен и может стать периодом, когда даже у женщин, прошедших терапию, возвращаются травматичные воспоминания. Может появиться ощущение, что женщина снова не справляется с потоком новых переживаний. Тревога сопровождает большинство беременностей и женщинам с опытом насилия важно знать, что это может быть частью нового опыта. Однако исследования показывают, что у женщин с опытом раннего абьюза уровень тревоги и страхов выше, как и количество конфликтов с партнером.

В то же время для некоторых женщин опыт материнства может стать поворотной точкой на пути исцеления. Беременность может дать совершенно новый опыт отношений с телом. Тело создает новую жизнь, сильное, созидательное, умелое. Это может быть не похоже на весь предыдущий опыт.

Для других женщин период беременности может оказаться первым моментом встречи с воспоминаниями о насилии. Иногда первая беременность проходит относительно легко, а во второй беременности вдруг возникают воспоминания.
Психологические риски
Женщины с опытом абьюза могут с трудом говорить о своих потребностях как с близкими так и с помогающими практиками. Особенно, если в ответ на прояснение потребностей не следует понимания и уважения.

Женщины с опытом сексуализированного насилия чаще встречаются с пренатальной и послеродовой депрессией. Дети женщин, которые были в депрессии во время беременности демонстрируют отличия в том, как работает их нервная система после рождения. Они более замкнутые, легче раздражаются и сложнее успокаиваются по сравнению с младенцами, чьи матери не были в депрессии во время беременности. Пренатальная депрессия может вести к дефициту питательных веществ и нездоровым привычкам во время беременности, а также к злоупотреблению психоактивными веществами (табак, алкоголь, наркотики).

У женщин с опытом насилия чаще встречаются расстройства пищевого поведения, а они в свою очередь связаны с более высоким риском кесаревых родов и трудностей в грудным вскармливанием.

Тема потери контроля часто звучит во время беременности женщин с опытом насилия. Как и страх перед болью или травмами вагины в родах. Иногда этот страх настолько сильный, что женщины заранее, еще во время беременности делают все возможное для того, чтобы избежать пугающих событий. Часто это необоснованное с медицинской точки зрения, но объяснимое через призму опыта насилия, требование как можно более раннего обезболивания родов или желание выбрать кесаревы роды.


Подготовка к родам
Частые запросы и моменты, которым стоит уделить внимание
"За прошедшие 14 лет я родила 6 детей и мне выдавали бесчисленное множество брошюр с предупреждениями об опасностях, которые связаны с беременностью.

Там было все от кошачьих какашек до кофе. Мне выдавали практическую информацию о том, как готовить промежность, мышцы вагины и даже соски.

Но мне ни разу не дали брошюру, где было бы сказано: "Если вы - женщина, пережившая опыт сексуального насилия, вполне вероятно, что ваш прошлый опыт может повлиять на вашу беременность и роды".
"Поначалу я находила утешение в идее, что меня спасут от боли и непредсказуемости родов при помощи медицинских технологий и обученных медиков, но к моменту родов я поняла, что медицина не спасет меня как по волшебству от этого".
последнего ребенка рожала сольно в Сан-Франциско,
пишет о родах, детях и религии
Ожидания
Исследования показывают, что нереалистичные ожидания - один из серьезных факторов для проживания опыта родов как травмы. Тем не менее раз за разом курсы подготовки к родам укрепляют эти ожидания, а иногда и транслируют идею, что женщина несет ответственность за любые экстренные ситуации в родах.

Некоторые женщины с опытом насилия могут с большим недоверием относиться к системе медицинской помощи, что вместе с желанием иметь максимум контроля над ситуацией, приводит их к глубокому изучению темы беременности и родов.

Вот некоторые идеи курсов подготовки к родам, на которые реагируют женщины с опытом насилия:
Без боли.
Для женщин с опытом насилия в подготовке к родам может быть особенно притягательным любое обещание избавления от боли. Идея о легких родах, если сделать то, что предлагают на курсах, хорошо ложится на почву из тревоги и страха. Однако в реальных родах такой наивный настрой может стать травмирующим фактором. Столкнувшись с интенсивными схватками, женщина быстро паникует и теряет контроль ("я же все делала правильно, почему больно", "что со мной не так" и "если мне так больно, значит, что-то идет не так"). Обычно желание избежать связано со стремлением сохранить контроль над ситуацией и спокойную голову, что бы ни происходило.
Правильно.
Мысли об изначальной "испорченности" и неуверенность в своей материнской компетенции создают хорошую основу для любых систем воспитания. Там, где нет доверия себе, появляется доверие эксперту. В случае, когда система строгая и формирует узкие представления о родах и жизни с младенцем, повышается риск послеродовой депрессии и трудностей в адаптации.
Максимально естественно.
Женщины с опытом насилия могут очень интересоваться естественными родами, домашними и соло родам. Это варианты, где снижается вероятность общения с медперсоналом. И часто возникает иллюзия, что домашние роды = понимающая заботливая акушерка, которая готова вести диалог с женщиной в отличие от врача в роддоме.
Внимание к целостности вагины.
Женщин с опытом насилия может очень пугать перспектива эпизиотомии без предупреждения. Они могут задавать множество вопросов о разрывах в родах. Различные методы тренировки мышц и тканей могут стать как опытом знакомства с вагиной, так и пугать, особенно, если задействован партнер.
На что обратить внимание при подготовке к родам
Способ родов проясняется с женщиной и ее командой для родов. Когда медики способны построить доброжелательные и безопасные отношения с женщиной, появляется возможность обсуждать тонкие моменты в родах. Например, возможное участие мужчины-медика в случае, если возникнет экстренная ситуация или кесаревы роды по желанию.

Сопротивление языку и ожиданиям обычных курсов подготовки к родам. Стандартные методы обучения релаксации, которые включают в себя предложение лечь, закрыть глаза или дотрагиваться до других участников группы, могут иметь обратный эффект для женщин с опытом насилия и создать в них больше тревоги и напряжения:
"Я неправильная, со мной все не так, раз не могу это делать и расслабиться, как же я рожу?"

К тому же язык курсов с идеей про "раскрыться навстречу", "отпустить все напряжение", "просто расслабиться" и "отключить голову" может расстраивать женщин, чьи тела пережили насилие. Попытка реагировать на роды инстинктивно, подобно дикой первобытной женщине тоже может плохо сочетаться с опытом женщин, переживших насилие, которым комфортнее в атмосфере предсказуемости и безопасности во время стресса.

Внутренние гинекологические осмотры бывают проблемой. Что может помочь? Предсказуемость, любые техники релаксации, присутствие поддерживающего партнера или друга (доулы).

У женщины есть право отказаться от любой медицинской процедуры в любой момент. При отказе женщину могут попросить подписать бумагу, где она подтвердит свой отказ несмотря на разъяснения врача относительно медицинского вмешательства.


Рабочая Тетрадь
Нажмите на кнопку, чтобы скачать материалы в формате PDF для рабочей тетради курса.

КУРС ПРО АБЬЮЗ И РОДЫ
ВИДЕО ПРО ТЕЛО
Два ролика о прикосновениях к телу женщины, которые "нормальны" в современном обществе только во время беременности.
Внимание! эти шуточные видео могут всколыхнуть неприятные воспоминания при просмотре. Пожалуйста, будьте бережны к себе.
Статья о травме в родах и подготовке беременных
Нажмите на кнопку, чтобы скачать материалы.
PDF памятки
Нажмите на кнопку, чтобы скачать материалы.


ПИШИТЕ НАМ, ЕСЛИ У ВАС ЕСТЬ ВОПРОСЫ:
daria.utkina@gmail.com